> Москва и Минск запланировали совместные военные учения в начале 2022 года - Аргументы Недели

//Армия 13+

Москва и Минск запланировали совместные военные учения в начале 2022 года

29 декабря 2021, 18:09 [ «Аргументы Недели» ]

Военные ведомства России и Белоруссии проведут совместные военные учения в первом квартале 2022 года, об этом сообщает новостное агентство «Интерфакс», ссылаясь на слова президента РФ Владимира Путина.

В ходе встречи в Санкт-Петербурге с Александром Лукашенко, Владимир Путин заявил:
«Как вы и предлагали, мы проведем в начале года, военные согласуют. В марте, феврале, не знаю, когда они решат». Эти слова стали ответом на реплику белорусского президента: «Процесс учений останавливать не надо. Я знаю, что вы и ваши военные рассматриваете мои предложения по учениям на территории Белоруссии. Хотелось бы, чтобы эти решения были приняты вами». Он также отметил необходимость продолжения интенсивного обучения белорусских военных использованию российского вооружения новых образцов, поставляемого Москвой - Минску.

Судя по всему, идёт обкатка новой Военной доктрины союзного государства России и Белоруссии, которая была визирована 4 ноября сего года лидерами двух стран.

Так Путин отреагировал на предложение Лукашенко не останавливать совместные учения и продолжать обучение белорусских военных работе с новыми образцами закупаемой в РФ техники.

ША


Обсудить наши публикации можно на страничках «АН» в Facebook и ВКонтакте

//Мнение

Политолог Вадим Мингалев: США стянули к Ирану три авианосные группы и девять эсминцев — блокада пролива становится долгосрочной

Политолог и историк Вадим Мингалев, комментируя сообщения о дипломатических контактах между США и Ираном, отмечает, что заявленный «прогресс» в переговорах и предстоящая встреча в Исламабаде выглядят скорее, как элемент тактического манёвра, чем как реальный шаг к деэскалации. По мнению эксперта, пока Вашингтон демонстрирует готовность к диалогу, он параллельно завершает формирование военно-морской группировки у берегов Ирана и усиливает экономическое давление, превращая блокаду Ормузского пролива в инструмент долгосрочного удушения Тегерана. Собеседник обращает внимание на противоречивость сигналов: если Белый дом говорит о «личной готовности» Ирана к переговорам, то тегеранские источники настаивают, что инициатива исходит исключительно от американской стороны, а КСИР, в свою очередь, тормозит процесс, требуя более жёсткой позиции. В этих условиях, подчёркивает Мингалев, ключевым становится вопрос не столько о дате следующей встречи, сколько о том, сможет ли Россия и другие игроки ШОС перевести дипломатические призывы в плоскость конкретных действий — как гуманитарных, так и военно-политических, — чтобы предотвратить дальнейшую эскалацию и не допустить превращения Персидского залива в новый очаг глобального конфликта.