//НАШИ ПАРТНЕРЫ

наши партнеры

//Новости marketgid

//новости 24СМИ

//Поп-новости

//Сад и огород

//Общество

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

2 апреля 2015, 05:33 [«Аргументы Недели. Камчатка», Вячеслав Немышев ]

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

Название форматное для новостей. Все кинутся "постить" - заполнять дырки в эфире и тд. История моя о жизни далекого северного села. На Камчатке север находится примерно на широте Санкт-Петербурга. Село Ивашка. Дорог нет, направления четкие - весной народ едет на снегоходах рыбачить гольчика. 

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

Метет вторую неделю. Апрель. Утром бегу по руслу Ивашки по сугробам к направлению «погранзастава». В советские времена вся Камчатка считалась пограничной зоной. Сюда так просто не попасть было. Теперь пограничники просто машут мне рукой, когда бегу по снегу, приветствуют... Я попал на Камчатку, потому что пишу книгу о северных рыбаках. 

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

Вот знакомлюсь: Александра Альфредовна Лефлер. Корячка, немка, заядлая рыбачка. Тёте Саше восемьдесят лет. Сын Владимир трудится в столярном цеху рыболовецкого предприятия. Зимой рыбак становится столяром. Владимир обтачивает заготовки под весла. Каждой неводной бригаде положено по два комплекта весел. В соседней рыбартели приловчились ставить невода на малосильных моторах. Ивашкинские рыбколхозники по старинке вручную - оно так надежнее. Отец тёти Саши был чистокровным русским немцем, его звали Альфред Адольфович, в тридцать седьмом его расстреляли. Мать рано умерла.

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

Тетя Саша выросла в корякской тундре, водила собачью упряжку, работала в больнице медсестрой, на ферме дояркой, на рыбобработке была самой первой резчицей. Вырастила четверых детей. Теперь живет себе припеваючи на пенсии; ждет наступления выходных, чтобы сын Володя отвез к погранзаставе, старой разрушенной вышке. И она там сядет и будет весь день дергать корюшку. Корюшка самый цимус идет в марте-апреле, такая - в ладонь, с зеленоватой икрой - восемь штук съел и сыт. Если «поболя» бывает размером корюшка - ладонь с запястьем - то это уже зубатка, огуречник по местному. Пахнет огурцом и сладкая на сковородке. 

Утром бегу по сугробам - веду здоровый образ жизни, - а тетя Саша, гляжу, уже сидит у погранзаставы и корюшку одну за другой. Помашет мне обязательно, меня уж знают в деревне, поприветствует...

Потом ездили с Юрием Николаевичем Кисиленко на гольчика. Гольчик - голец, разновидность лососевых. Но не промысловая рыба. Голец - хищник, он идет вместе с другим лососем в реку на нерест и пожирает икру сородичей. Голец сильная рыба. Мы едем по устью речки, становимся то там, то здесь, бурим скважины - проруби, дергаем, а гольчика еще нет. Едем дальше. Рано. Вот в апреле вся деревня тронется на гольчика - на снегоходах потянутся на речки: набурят лунок, надергают гольца-молодца. Костерки, шашлыки. Сказка, а не  жизнь на северах камчатских. Не всем сюда попасть - дорог нет на Ивашку. И слава Богу, говорят местные жители. А то разграбили бы, истоптали эту землю чужие люди. От чужих людей спасение - тундра и топи непроходимые, суровое северное море и долгие июньские туманы. Хранит Камчатка своих рыбаков. 

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

Юрий Николаевич старый рыбак. Он трудился рыбаком на неводе, потом бригадиром, теперь на берегу обеспечивает ход путины. Вот он мне историю рассказал: 

«Стояли раз на неводе, и вдруг ночью заштормило. Проснулись, смотрим, качает сильно. Надо докричаться до МРСа, а команда спит, а день весь наработались - и спят, будто расстрелянные. Дрыхнут сукины дети! А тут уже не на шутку разошлось. По рации все кричат - шторм, шторм! Ай-ай! Пароходы и пароходики разбегаются - уходят подальше от берега. А нам только на берег надо, чтоб спастись, а на берег надо через бурные устья. И вот уже так вдарило, что мы все стоим внутри желонки и держимся руками за койки. Желонка?.. Это такая лодка герметичная, с оконцами, где рыбаки живут и отдыхают. Когда живорыбицу катер или МРС подтянет, так нету времени перекуривать - кидай, заливай. По сорок тонн в одну живорыбицу, прорезь еще ее называют, по сорок клали, рыба сама себя давила и засыпала. Обработчики просили, чтоб рыба спала у них на конвейерной летне, а то дрыгается и мешает ее резать. Ну, в общем, разбудилась сама как-то команда МРСа. И стали они к нам подходить, а я стою на палубе желонки, ветер свищет, волны вскидываются такие, что мне бурунов вверху не видно. И вот подошел катер, я кинул буксирный конец - не попал. Капитан решил наверняка чтоб. И прямо в метре от меня подошел. И тут волна.  Увидел я свет в овчинку, и увидел винт крутящийся у самой своей головы, и упал на палубу и голову зажал - ну все, писец мне! Ухнул винт на вытянутую руку от меня. Я перекреститься не успел, вскочил и бросил буксир... Поймали, схватились намертво, и потащились к устьям. Еще другую желонку захватили со второго невода. А в устьях бары идут великие. Бары такие, что лучше прямо в море помереть, чем на те бары кидаться. И мы кидаемся. Как долбануло нас! Все из рундуков повылетало. Чайник пролился на печку, и парит как в бане. Перец красный просыпался. Мы все чихаем. Молиться - ни сил, ни времени. И вдруг нас второй раз ка-ак вдарило! И наклонило. Потом тишина наступила. Я подумал, что наконец-то все закончилось - мы утонули и полегли на грунт... Но пронесло. В устья прорвались сквозь великие бары, вот тихо и стало. Потом рассказывала Ира Петухова, диспетчер: «Гляжу, дураки какие-то психанутые идут в устьях, а бары вдесятеро выше их перекидываются. Кто ж это такой ненормальный? А вот вы там оказались, наши родные ивашкинские колхозные рыбаки!» 

Юрий Николаевич мужик крепкий. И поработать и выпить, и повспоминать, и дела всякие порешать скоро. Рыбацкой закалки человек.

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки
 

В общем, вскрылись на севере Камчатки реки. А мы с рыбаками поехали на Русаки. Русаковские термальные источники. В старом советском рыболовецком колхозе была традиция - отдыхать зимой на Русаках. Теплые ванны из «мертвой» воды. Вода синяя до черноты. Прозрачная. Это вода из под вулкана, дистиллированная - называют ее поэтому «мертвой». Мы ехали восемьдесят километров по заснеженной тундре. Реки вскрылись, и мы валимся кубарем в промоину. Я соскакиваю, а водителя Алексея кидает прямо в воду. Снегоход перевернулся и лежит на склоне. Мы вытаскиваем снегоход, продуваем систему подачи топлива, заводим японский агрегат и едем дальше. Вечером плов с бараниной. Ночью купание в «мертвой» воде под звездами. Утром фотосессия на припорошенных ключах. Едем с Алексеем к жерлу старого разорванного взрывом вулкана, проезжаем горное озеро, и снова валимся с обрыва. Но в воду не скатились - уперлись и перевернули снегоход. Шестьсот килограммов весит японец. Вспоминаю, как я бегал по сугробам, вот спасибо здоровому образу жизни. Здесь на Русаках рыбаки отдыхают. Может и нет великосветского комфорта, но есть душевность. Нет сюда дорог из больших городов. Нет сюда ходу чужим людям. Камчатка бережет свои северные деревни. 

На севере Камчатки вскрылись нерестовые реки

Мне посчастливилось увидеть эту землю. Я поклонился духам вулканов - гамулам. Оставил здесь часть своего сердца. 

И решил написать историю о том, что камчатские реки вскрылись в этом году рано. 

 

Оставайтесь с нами. Добавьте нас в "Мои источники" в Яндекс Новостях и мы позаботимся о том, чтобы вы читали только интересный и проверенный контент

Добавить в «Мои Источники» в Яндекс Новостях

Обсудить наши публикации можно здесь:

//Новости Гнездо.ру

Загрузка...

//Новости Гнездо.ру

Загрузка...

//Новости ADWILE

//Новости МирТесен

//Новости партнеров

//Новости СМИ2

//Новости МирТесен

//Авторы АН

Все авторы >>

//Новости партнеров

//самое читаемое

//Новости СМИ2

//Новости ADWILE

//Новости advert.mirtesen.ru

//Читайте также

//Новости Lentainform.com

Загрузка...
Загрузка...
//Наши партнеры