Онкологические, сердечно-сосудистые заболевания, диабет второго типа и нейродегенеративные патологии — четыре группы хронических неинфекционных болезней, которые чаще всего становятся причиной инвалидности или преждевременной смерти. По данным Всемирной организации здравоохранения, на их долю приходится около 74% всех смертей в мире.
В России эти недуги затрагивают почти 37% взрослого населения. Их называют «болезни-всадники» — термин возник по аналогии с библейскими всадниками Апокалипсиса, символизирующими такие бедствия, как чума, война, голод и смерть. Как распознать недуги на раннем этапе и не допустить их развития — в материале ниже.
Генетика против всадников
С заболеваниями сердечно-сосудистой системы, сахарным диабетом, онкологией и болезнями Альцгеймера и Паркинсона сталкивается любой медик. По мнению врачей общей практики и кардиологов, если бы все специалисты на амбулаторном приёме применяли современные стратегии диагностики и давали правильные клинические рекомендации, проблем было бы меньше. Но поскольку в этом смысле есть определённые нюансы, зачастую такие заболевания выявляются на поздних стадиях, а пациенты не получают адекватного лечения. В результате формируются последствия в виде инфарктов, инсультов, диабетических ком, панических атак и других расстройств.
При этом аспектов возникновения «болезней-всадников» не так уж много. В первую очередь играет роль генетическая предрасположенность. Поэтому врачи прежде всего обращают внимание на отягощённую наследственность первого звена, то есть расспрашивают о проблемах со здоровьем по линии матери и отца.
Современные генетические тесты позволяют оценить врождённую предрасположенность человека к различным заболеваниям и помогают понять, какие риски требуют особого внимания. По данным исследований, наследуемость сахарного диабета второго типа оценивается в 25–72%, ишемической болезни сердца — в 40–60%, а болезни Альцгеймера — в 60–80%. При этом генетическая предрасположенность не означает, что заболевание обязательно разовьётся: на индивидуальный риск также влияют возраст, образ жизни и факторы окружающей среды. Генетический анализ не отменяет стандартную диспансеризацию, а лишь помогает сделать профилактику более адресной. Если продолжить метафору четырёх всадников, ДНК-тест — это не хрустальный шар и не серебряная пуля, способная разом победить все болезни. Скорее это карта, которая показывает, от какого из «всадников» может исходить наибольшая угроза и где стоит заранее укрепить защиту. Во многом ключ к здоровью и долголетию действительно находится внутри наших клеток: расшифровывая свой геном, мы получаем возможность лучше понимать свои риски и более осознанно ими управлять.
Сахарный диабет и гипертония
Врачи уверены, что свою роль в формировании болезней играет и нездоровый образ жизни — гиподинамия, курение, злоупотребление алкоголем. Но нужно понимать, что у гипертонии, онкологии, сахарного диабета и других проблем, связанных со стрессом, всегда есть пусковые механизмы. И проблема заключается в том, что этих механизмов становится всё больше. Речь всё чаще идёт о различных бактериальных и вирусных инфекциях. Из-за пандемии коронавируса резко вырос уровень развития сахарного диабета, гипертонической болезни и онкологии. Пусковым механизмом для этого послужила вирусно-бактериальная инфекция новой формации. Стрессовый фактор тоже подстёгивает развитие заболеваний. Сейчас он прежде всего связан с текущей политической и экономической ситуацией, бытовыми сложностями и другими проблемами. Стрессовый фактор способен запустить и гипертонию, и онкологические заболевания, не говоря уже о психическом расстройстве.
Очень важно ежегодно проходить плановую диспансеризацию или индивидуальные чекапы. В первую очередь необходимы общие анализы крови и мочи, кардиографические исследования, биохимия. А дальнейшее обследование зависит от индивидуального подхода. Вся современная медицина стоит на том, чтобы максимально рано начать приём гипотензивной терапии, сахароснижающей терапии, а также препаратов, подавляющих стрессовый фактор. Лечение онкологии также важно начинать на самой ранней стадии. Таким образом, тенденция, основанная на стратегии пассивного наблюдения, уже отошла на второй план. Врачи не ждут, пока гипертония приобретёт кризовый характер, уровни сахара достигнут критических отметок, а онкология перейдёт в четвёртую степень. Мы обращаем внимание на те ранние стадии заболеваний, которые сигнализируют, что пора начинать лечение. Это — преддиабет, гипергликемия, повышенное давление. Словом, состояния, когда уже нужно выявлять возможные риски и подбирать терапию.
Но даже если пациенты обратились за помощью на поздних стадиях гипертонии или диабета, время всё равно ещё не потеряно. Задача врачей — убедить пациента в необходимости ежедневного приёма лекарственной терапии для компенсации состояния, чтобы не получить тяжелейшие осложнения в виде инсульта, инфаркта, диабетической стопы или поражения органов-мишеней. Снижение индекса массы тела, регулярные физические нагрузки, отказ от курения, алкоголя, избытка соли и сахара, минимизация стрессовых факторов важны, но мало кому удаётся в полной мере придерживаться идеальных рекомендаций. Поэтому зачастую людям и остаётся самый «простой» путь — медикаментозная коррекция. Даже если делать только это, не уклоняясь от медицинской помощи, риски всё равно снижаются. Отдельно стоит акцентировать внимание на необходимости самоконтроля. Дома нужно обязательно иметь тонометр, глюкометр, пульсоксиметр и термометр, чтобы осуществлять самодиагностику. Например, если человек регулярно, хотя бы дважды в неделю, измеряет артериальное давление и два раза в месяц — уровень сахара, то он не пропустит стойкого повышения этих показателей.
Первые признаки онкологии
Главными врагами своевременного обследования и лечения онкологи называют страх и отрицание. У многих срабатывает механизм «меня это не коснётся». Мысль о возможном раке настолько пугающая, что проще её вытеснить, чем столкнуться лицом к лицу. Лозунг «не заглядывай — найдёшь» всё ещё очень живуч. Негативную роль играет также низкая медицинская грамотность. Многие молодые люди не знают ключевых симптомов заболевания, путают онконастороженность с ипохондрией и не понимают, с какого возраста и какие скрининги нужно проходить. Обращаться за консультацией люди не спешат ещё и по причине недоверия к системе здравоохранения. Опасаются столкнуться с хамством и некомпетентностью, ожидают безразличного отношения, очередей и бюрократии. Им кажется, что проще ничего не делать, чем тратить время для получения простой консультации. Также распространено мнение, что в поликлинике «всё равно ничего не найдут» или, наоборот, «найдут то, чего нет». А кого-то сдерживают культурные стереотипы, поскольку в нашем менталитете ещё сильна установка «не ходи по врачам без серьёзной причины». Профилактические визиты порой воспринимаются как нечто излишнее, характерное для «зажравшихся» или мнительных людей.
Онконастороженность людей в возрасте 25–45 лет можно сравнить с лоскутным одеялом. Прогрессивная, в основном городская часть молодёжи ведёт здоровый образ жизни, следит за собой, читает нужную информацию, слушает врачей и проходит регулярные обследования. Но для других людей тема онкологии остаётся далёкой и пугающей. Чтобы онконастороженность стала массовой нормой, необходимо упрощение доступа к качественной и быстрой диагностике, повышение культуры общения медперсонала, масштабные просветительские кампании. Надо информировать население о важности онкодиагностики, её регулярности и доступности, популяризировать реальные истории выживших, давать доступную информацию о симптомах.
Основные инструменты раннего выявления рака делятся на два основных типа: скрининг (для здоровых людей без симптомов) и диагностика (при появлении подозрительных признаков). Если у человека возникли тревожные симптомы (необъяснимая потеря веса, длительный кашель, уплотнение в груди, кровь в стуле и т.д.) или скрининг выявил отклонения, то применяются более точные методы: УЗИ, КТ, МРТ, ПЭТ-КТ, гастроскопия, колоноскопия, бронхоскопия, биопсия с гистологическим исследованием. Одному человеку может потребоваться усиленный онкологический скрининг, другому — ранний и особенно тщательный контроль уровня холестерина, артериального давления и состояния сосудов, третьему — более пристальное наблюдение за массой тела, уровнем глюкозы и другими метаболическими показателями. Ценность такого подхода, включающего в том числе и проведение генетического теста, в диагностике онкологии проявляется наглядно. Например, при выявлении рака молочной железы на локализованной стадии пятилетняя относительная выживаемость достигает примерно 99%. Однако интерпретировать результаты генетического теста желательно вместе с врачом.
Лечение рака в XXI веке пережило настоящую революцию и сместилось от тотального уничтожения опухоли любой ценой к точному, персонализированному и комплексному подходу. Например, при таргетной (целевой) терапии препараты «бьют» не по всем быстро делящимся клеткам, а по конкретным молекулам-мишеням, которые есть только в раковых клетках и необходимы для их роста и выживания. А самое прорывное направление, удостоенное Нобелевской премии в 2018 году, — иммунотерапия. Её суть в том, что лекарства «снимают тормоза» с собственной иммунной системы пациента, позволяя ей распознать и уничтожить раковые клетки. Намного безопаснее и эффективнее стала и традиционная лучевая терапия — максимальное облучение опухоли ведётся при минимальном воздействии на здоровые ткани. На вооружении онкологов также малоинвазивная и роботизированная хирургия. Хирургия остаётся главным методом при локализованных опухолях, но стала щадящей — опухоли удаляются через минимальные разрезы. Лапароскопия и робот-ассистированные системы обеспечивают 3D-изображение высочайшей чёткости и невероятную точность движений хирурга. Многие виды рака сегодня можно полностью вылечить, особенно если они диагностированы на ранней стадии. Однако в онкологии часто используется другой термин — «стойкая ремиссия», состояние, при котором все признаки и симптомы рака исчезают и не возвращаются в течение многих лет.
Как не пропустить болезнь Альцгеймера
Ещё один «всадник» — нейродегенеративные заболевания — имеет сложную, многофакторную природу. На развитие таких болезней влияют возраст и генетическая предрасположенность, сосудистые и метаболические нарушения, черепно-мозговые травмы, особенности образа жизни и некоторые факторы окружающей среды. Говорить об одной причине, устранив которую можно было бы гарантированно предотвратить заболевание, современная медицина пока не позволяет. Но часть факторов риска действительно можно изменить. Необходимо контролировать показатели артериального давления, уровня сахара и холестерина, избавиться от вредных привычек, быть физически активным, правильно питаться. Имеют значение качество сна, своевременная коррекция нарушений слуха и зрения, профилактика черепно-мозговых травм и даже снижение воздействия загрязнения воздуха. Именно сочетание нескольких таких мер сегодня рассматривается как наиболее разумная стратегия снижения риска когнитивного снижения и деменции. Новые рекомендации ВОЗ, опубликованные в июле 2026 года, прямо включают эти направления в профилактические меры. Отдельно психиатры выделяют интеллектуальную активность. Мозгу важно продолжать работать с задачами, которые требуют усилий, обучения и адаптации. Надо осваивать новые навыки, читать, учиться, а также сохранять профессиональную и социальную активность. Учёные связывают образование, интеллектуально сложную работу и умственные нагрузки на протяжении жизни с более высоким когнитивным резервом. Так мозг дольше нормально функционирует, несмотря на возрастные или патологические изменения.
Таким образом, ключ к снижению бремени «болезней-всадников» — это комплексный подход: от генетической предрасположенности и образа жизни до регулярной диспансеризации и современных методов лечения. Важно не игнорировать тревожные сигналы организма и помнить, что раннее выявление и своевременная терапия способны значительно улучшить качество и продолжительность жизни.
