В МИДе произошло редкое событие. Президент В. Путин подписал указы об освобождении от обязанностей сразу двух ключевых послов России в западных столицах. Это посол в Великобритании Андрей Келин и посол во Франции Алексей Мешков. Здесь важна каждая деталь. Этих дипломатов высшего уровня не отозвали в Москву для консультаций. Их именно освободили от должностей официальными указами. Пресс-секретарь президента Песков тут же уточнил позицию Кремля: спешить с назначением новых послов Россия не собирается. Одним словом, это не просто кадровая перестановка. В дипломатической практике такой шаг может означать резкое понижение уровня межгосударственных связей.
Похоже, что причина такого решения лежит на поверхности. Лондон и Париж давно перешли черту негласных соглашений. Британские дальнобойные ракеты Storm Shadow и французские SCALP регулярно применяются против гражданских объектов в глубине нашей территории. Западные военные специалисты открыто программируют полётные задания для этих комплексов. Ситуация дошла до абсурда. «Лягушатники» и «гнилозубые» ведут против нас боевые действия, а в столицах этих государств продолжают чинно сидеть российские послы. Они посещают протокольные приёмы и делают вид, что между странами идёт обычный дипломатический диалог. Похоже, что В. Путин своими указами решил прекратить эту игру.
В нашей истории подобные ситуации уже возникали. В канун Крымской войны 1853–1856 годов император Николай Первый столкнулся с похожей политикой Лондона и Парижа. Британский кабинет лорда Абердина и император Наполеон Третий всячески заверяли Петербург в миролюбии. Одновременно они готовили совместную военную экспедицию на Чёрное море. Тогда отзыв российских дипломатов стал запоздалой мерой. Император до последнего верил в дипломатический этикет европейских дворов.
Сегодня ситуация повторяется. Британский Королевский институт международных отношений Chatham House и Французский институт международных отношений IFRI открыто признают этот факт. Их ведущие эксперты заявляют: дипломатические каналы между ядерными державами почти полностью разрушены. Но британцы, французы и германцы сами полезли на рожон и пока не могут остановиться. В кулуарах западных посольств сейчас царит непривычная растерянность. Европейцы привыкли, что Москва всегда держит дверь открытой для переговоров. Собственно, Путин и Лавров говорят об этом не переставая. Так что закрытие полноценных посольских миссий в двух главных исчадиях ада стало для них как серпом по яйцам.
На этом фоне весьма показательно выглядели события в Нью-Йорке на сессии Генеральной Ассамблеи ООН. Министр иностранных дел Германии некто Вадефуль напросился на встречу с министром иностранных дел Сергеем Лавровым. Немец буквально выпрашивал этот контакт. Но разговор продлился всего двадцать минут. Всё это время Вадефуль пытался уговорить Лаврова содействовать прекращению ударов по портовой инфраструктуре на Чёрном море. Немцы завели старую песню про «голодающий юг» и проблемы бедных стран. Ни слова о тысячах беспилотников, которые они тоннами передают бандеровцам. Ни слова!!!
Важно обратить внимание на одну протокольную деталь. Во время встречи в комнате переговоров за спиной Лаврова висел большой портрет Путина. Так что вся немецкая делегация аж двадцать минут была вынуждена то ли в экстазе, то ли в страхе смотреть в глаза российскому президенту. В немецких изданиях эта деталь вызвала шок.
Но такая спешка Берлина имеет свои внутренние причины. Правящая группа Германии стремительно теряет контроль над ситуацией. Партия ХДС и её союзники теряют голоса избирателей. Дошло до того, что по всей Германии на улицы 110 городов вышли школьники и студенты: более 45 тысяч человек. Самый понятный для нас лозунг молодых германских смутьянов и вольтерьянцев – «Россия нам не враг».
Немецкие политики-старпёры, похоже, смекнули: через 10–15 лет эти ребята войдут во власть. И тогда им придёт конец. Но сегодня не только немецкие бандеровцы типа Мерца пугают малолеток. Ещё более омерзительно выглядит поведение других европейских полусумасшедших. Министр иностранных дел Польши Сикорский вместо серьёзной дипломатической работы раздаёт комические интервью. Рассказывает публике, как вырыл себе персональный бункер и заготовил яблочное варенье на случай войны. Дошёл и до исторических раскопок. Сикорский публично вспомнил, как поляки в 1612 году сидели в Московском Кремле. Типа они всегда с русскими воевали и сегодня не побоятся. Забыл придурок про раздел Польши в 1795 году, когда Польши не стало. Точно из-за таких же идиотов, как Сикорский. Впрочем, такие выплески безумия и выглядят как попытки заглушить нарастающую тревогу.
Потому что за кулисами идут совсем другие разговоры. Американские посланцы Трампа вроде Кушнера и Уиткоффа всё сильнее давят на Киев. Открыто требуют вывода украинских бандеровских формирований из Донбасса. Одним словом, мы перешли к принципиально новой фазе внешней политики. Время бесконечных предупреждений о красных линиях прошло. Если главные европейские сумасшедшие – англичане, французы и немцы выбирают прямое участие в войне, дипломатический этикет с ними теряет всякий смысл.
Теперь перейдём ко второму ключевому фактору. Он прямо связан с тем, почему западные переговорщики так отчаянно просят нас остановиться и на суше, и в Чёрном море. Наша армия методично и жёстко приступила к выбиванию базовых отраслей бандеровской экономики. Это сельское хозяйство, тяжёлая металлургия и единая цифровая связь. Первый сильнейший удар пришёлся по морской логистике. Стоило нашим военным перекрыть черноморские порты, как экономика Украины испытала шок. Элеваторы и портовые терминалы забиты под завязку прошлогодним зерном. Вывезти его сухопутными путями невозможно. Европейские соседи вроде Польши и Венгрии сами закрыли свои границы для украинской пшеницы, чтобы спасти собственных фермеров.
В киевских источниках недавно описали примечательную встречу. Крупные аграрные бароны и производители встретились с Зеленским и профильными министрами. Разговор закончился полным унынием. Власти открыто признали: они не знают, как решить проблему вывоза зерна. То есть просто не имеют возможности это сделать. В результате несут колоссальные убытки. Дело не ограничивается одним только зерном. На юге страны гниют поля неубранных грунтовых помидоров и овощей. Их никто не убирает, потому что нарушена вся логистическая цепочка. Внутренний рынок столько потребить не может, а переработка стоит без электричества и транспорта.
Назревает ещё более опасная катастрофа – срыв осеннего сева. Большинство хозяйств отказываются сеять озимые культуры. Зачем тратить последние деньги на топливо и удобрения, если будущий урожай некуда ссыпать?
Вторая катастрофа разворачивается в тяжёлой индустрии. Буквально на днях остановился металлургический гигант в Кривом Роге – бывшая всесоюзная «Криворожсталь». Предприятие полностью прекратило производственную деятельность. Причина простая. В результате ракетных ударов по распределительным подстанциям комбинат лишился стабильного энергоснабжения. В итоге полностью затухли доменные печи. Кто не знает, доменная печь – это непрерывный технологический организм. Она не может работать с перебоями. В ней непрерывно плавятся шихта, кокс и железная руда. Если печь остывает вместе с расплавленным металлом, внутри образуется так называемый «козёл» – гигантская застывшая глыба железа и шлака. Вычистить её невозможно. Огнеупорная кладка печи при остывании трескается и разрушается. Чтобы восстановить такую махину, требуются годы работы и сотни миллионов долларов.
А без домны нет чугуна. Без жидкого чугуна не могут работать конвертеры и мартеновские печи. Перестают производить расплавленную сталь. Следом встают прокатные станы, которые выпускают арматуру, листовой прокат и трубы. Это крах всей производственной пирамиды. Без металла страна перестаёт быть индустриальным государством. На украинских форумах, правда, пишут, будто руководство комбината хитрит и продолжает тихо работать. Это полная ерунда. Любой спутник или беспилотник видит работу металлургического гиганта за десятки километров. Работающая домна непрерывно дымит, даёт тепловой след и факел от сжигания колошникового газа. Скрыть это гигантское производство невозможно. Так что завод встал окончательно.
Параллельно начался методичный вынос третьего важнейшего контура – узлов связи и дата-центров. В последние недели изменилась тактика ударов по Киеву и Одессе. Вместе с тяжёлыми беспилотниками «Герань-5» начал работать новый реактивный дрон-ракета «Дань-Т»». Это скоростной барражирующий боеприпас, который идёт к цели на огромной скорости и практически неуязвим для пулемётных мобильных групп ПВО. Удары целенаправленно наносятся по крупным серверным центрам и узлам правительственной связи. В Киеве ежедневно полыхают ключевые машинные залы, где хранятся самые разные базы данных, в том числе государственные.
На Украине прекратилось онлайн-вещание многих телеканалов, рухнули сервисы потокового телевидения и государственные реестры. Даже главный пропагандистский ресурс – сайт «Украинской правды» оказался недоступен на несколько суток. Ответ специалистов такой: физически серверы ещё целы, но магистральные каналы связи перебиты, а дата-центры перешли в режим строгой изоляции и выживания. Российские удары пришлись и по железнодорожным узлам вблизи польской границы. Эшелоны с западной техникой простаивают на перегонах сутками.
Но есть ещё одно изменение, которое пока не очень заметно человеку со стороны. Мы привыкли считать беспилотник самостоятельным оружием. Вот он взлетел, пролетел тысячу километров и куда-то попал. Но современный беспилотник всё меньше похож на одинокий самолётик с моторчиком и всё больше становится частью огромной системы. Ему нужны разведка, навигация, связь, ретрансляторы и постоянный обмен данными. Поэтому война беспилотников постепенно превращается в войну сетей.
Это хорошо видно по тому, как обе стороны пытаются бороться с радиоэлектронным подавлением. Если один канал связи можно заглушить, появляется второй. Если нельзя передать сигнал напрямую, его можно передать через соседнее устройство. Так возникает ячеистая, или mesh-сеть. Британский RUSI пишет, что Россия уже использует в беспилотных системах коммерческие технологии спутниковой связи и mesh-сети. В другом материале института говорится о китайских модемах для таких сетей, которые позволяют строить более устойчивые радиоканалы большой дальности. Это уже совсем другая логика войны.
Представьте стаю из десятков аппаратов. Каждый из них способен принимать сигнал и передавать его дальше. Потеря одного узла уже не обязательно разрушает всю цепочку. Сеть ищет другой маршрут. Примерно по такому принципу давно работает Интернет. Теперь похожая архитектура приходит на поле боя, а вместе с ней начинается соревнование между средствами связи и средствами радиоэлектронной борьбы.
Британские специалисты считают, что это вообще одна из главных особенностей нынешней войны. RUSI летом писал, что постоянные дальние удары уже заставили обе стороны растягивать авиацию и противовоздушную оборону на огромные пространства. Генерал Дэвид Петреус в сентябре говорил в том же институте о более фундаментальной перемене. По его оценке, война на Украине показывает революционное изменение характера боевых действий. Программное обеспечение беспилотных систем обновляется буквально каждую неделю, а аппаратура меняется через несколько недель. Военная техника начинает развиваться со скоростью смартфонов, а не танков.
Но здесь возникает следующий вопрос. Что будет, если такую сеть поднять ещё выше? Наземный ретранслятор можно уничтожить. Самолёт связи можно сбить. Вышку можно заглушить. А над всем этим находится космос. И именно поэтому история российского проекта «Рассвет» гораздо интереснее, чем кажется на первый взгляд.
Проект строит компания «Бюро 1440». В 2023 и 2024 годах она вывела на орбиту две экспериментальные партии по три аппарата. В марте этого года начался уже другой этап. На орбиту отправились первые 16 спутников будущей рабочей группировки. В июле состоялся второй пакетный запуск. Ещё 16 аппаратов вышли на орбиту. Сама компания сообщает, что с обеими партиями сейчас идут регламентные работы и настройка оборудования перед первыми испытаниями с клиентами.
Это пока не российский Starlink. До работающей глобальной системы ещё далеко, а технических проблем хватает. Открытые данные показали, что один аппарат первой партии был потерян. Несколько других долго не могли подняться на расчётную высоту. Темп запусков тоже должен резко вырасти, если проект собирается выполнить собственный график. По федеральному плану к концу 2026 года на орбите должны находиться 156 аппаратов. В начале августа их было гораздо меньше.
Но интересен здесь даже не сегодняшний результат. Интересно направление движения. «Бюро 1440» уже испытало связь по технологии 5G NTN и лазерную передачу данных между спутниками. В одном из экспериментов данные передавались между космическими аппаратами на скорости 10 гигабит в секунду. Получается будущая сеть, где информация сможет идти не только с Земли на спутник и обратно. Спутники смогут передавать её друг другу прямо на орбите.
И вот тут гражданский Интернет неожиданно встречается с войной беспилотников. Я вовсе не утверждаю, что «Рассвет» завтра начнёт управлять российскими дронами. В открытых материалах «Бюро 1440» таких заявлений нет. Но сама технология низкоорбитальной связи имеет очевидное двойное значение. Если существует устойчивая сеть над огромной территорией, то она меняет возможности связи не только для деревни без оптоволокна. Она меняет саму архитектуру управления на большой войне.
Поэтому новая космическая гонка может оказаться совсем не похожей на старую. В 1960-е годы две сверхдержавы соревновались, кто первым отправит человека на Луну. Теперь вопрос звучит прозаичнее. Кто быстрее построит над планетой плотную сеть дешёвых спутников, тот получит связь там, где уничтожены вышки, порваны кабели и работает радиоэлектронная борьба. А если через эту сеть можно соединить тысячи беспилотников, разведывательные системы и командные пункты, космос перестаёт быть красивым приложением к большой политике. Он становится ещё одним этажом поля боя.
Теперь вернёмся туда, откуда мы на время ушли в порты, беспилотники и космос. На обычную карту боевых действий. Здесь тоже произошли изменения. Если убрать ежедневный информационный шум, становится видна главная конструкция нынешней кампании. Борьба постепенно стягивается к последнему крупному поясу украинской обороны в Донбассе. Это Славянск, Краматорск, Дружковка и Константиновка. Города стоят относительно близко друг от друга и образуют большой промышленный район. Американский Институт изучения войны (ISW) называет его Fortress Belt – «пояс крепостей». Название несколько театральное, но смысл передаёт довольно точно. Нашему командованию недостаточно занять ещё несколько сёл. Перед ним стоит гораздо более сложная задача: подойти к этой городской агломерации с нескольких направлений и создать угрозу дорогам, по которым идёт снабжение. Одним из ключей к этой конструкции считался Красный Лиман. Расчёт был понятен. После Лимана наши войска могли попытаться перейти Северский Донец и двигаться к Славянску с северо-востока. Одновременно другое наступление должно было идти через район Доброполья с юго-запада. Если посмотреть на карту, получается что-то вроде огромных клещей вокруг всей северной части Донбасса. Именно такую логику российской операции описывал американский ISW.
Но здесь произошло то, о чём тоже надо говорить прямо. Летом и в сентябре украинские войска провели контратаки севернее Лимана. Операция получила название «Вивальди». По данным украинского командования, был ликвидирован выступ, который нависал над этим направлением. Это неприятно, но даже западные военные аналитики совершенно справедливо оценивают этот локальный эпизод без всяких иллюзий. В военной истории такие вещи случались неоднократно.
Вспомните конец Великой Отечественной войны. Зимой 1944–1945 годов Гитлер точно так же бросил последние отборные танковые дивизии СС в Арденнское наступление против союзников. А весной 1945 года у озера Балатон в Венгрии немецкие войска предприняли мощнейший контрудар на «Тиграх» и «Пантерах». Там кипело ожесточённейшее танковое сражение. Но стратегически этот контрудар не дал фашистскому командованию ровным счётом ничего. Это был классический предсмертный бросок дохлой кошки.
Сегодня на Украине происходит то же самое. На остальных 90% всей линии фронта наша армия методично идёт вперёд. Первый важнейший участок – это Краматорск. Наши части сжимают кольцо вокруг города с южной и западной стороны. Это подтверждают западные так называемые «осинтеры» – специалисты разведки по открытым источникам. Они анализируют видеозаписи боёв и карты с большим опозданием, но даже на их схемах ситуация для ВСУ выглядит угрожающей. С юга к Краматорску глубоко врезается наш мощный клин. До городской черты нашим штурмовикам осталось буквально четыре километра. На такой дистанции по позициям врага в городе уже вовсю могут работать обычная дивизионная артиллерия и тяжёлые миномёты.
Второй и, пожалуй, самый серьёзный успех достигнут на Запорожском направлении. Здесь наши войска в буквальном смысле продавливают оборону противника в районе Орехова. Это мощнейший узел сопротивления украинской армии на всём пути к Запорожью. Бандера строил там бетонные укрепления годами. Сейчас Орехов берут в классические клещи сразу с двух сторон. С востока наши части заходят севернее города, а с запада отсекают гарнизон с южного направления. При этом до тридцати или сорока процентов территории самого города уже освобождено и зачищено от ВСУ. Судьба ореховского гарнизона фактически решена. Всё идёт по отработанной схеме окружения, как это было во многих других освобождённых городах.
Следующая горячая точка – Доброполье. Наше Министерство обороны уже заявляет, что этот важнейший узел обороны противника взят в плотное кольцо окружения. На западных картах Доброполье пока обозначают в глубоком полуохвате, но исход боёв там предрешён. Наконец, самое интересное направление разворачивается на севере Харьковской области. Там образовался глубокий выступ украинской обороны. Наши войска буквально разрезают его пополам. Идёт окончательная зачистка частей ВСУ.
Они отступают очень быстро и с большими потерями. У украинского командования просто не осталось на этом участке боеспособных кадровых частей. Оборону держат наспех мобилизованные батальоны территориальной обороны, которые не выдерживают артиллерийского давления и бегут с позиций. После рассечения этого выступа под прямой удар попадает ключевой тыловой и логистический узел ВСУ – посёлок Великий Бурлук. Его судьба будет окончательно решена. Попытки бросить последние резервы под Красный Лиман лишь оголили остальные важнейшие участки обороны.
Теперь перейдём к теме ядерного оружия и информационных маневров вокруг него. В последнее время в британской прессе появилась серия примечательных публикаций. Английские авторы наперебой успокаивают своих граждан: не бойтесь, никакой ядерной войны не будет. Они утверждают, что ядерное оружие безнадёжно устарело, современные конфликты выигрывают точные беспилотники, а ядерные боеголовки никто никогда не применит. Мол, их не применит ни Америка, ни Россия.
Особенно интересно, когда подобные рассуждения появляются в Британии. Это страна, которая веками умела управлять миром не только армиями и флотами, но договорами, разведкой, банками и влиянием. Британская политическая культура вообще любит полумрак. Там есть Корона, которая царствует, но якобы не правит. Есть закрытые клубы, старая аристократия и спецслужбы с очень длинной памятью. Есть, наконец, масонская традиция, которая настолько вплетена в британскую историю, что давно стала частью национального политического фольклора. Я вовсе не утверждаю, что король Карл собрал ночью масонскую ложу и приказал отменить ядерную войну. Но декорации для хорошего английского детектива уже стоят.
Известно, что англичанам подошёл срок полностью обновлять свой ядерный арсенал. Хотят построить новые подводные лодки с маркировкой «Дредноут» – и обновить арсенал старых американских баллистических ракет «Трайдент». А деньги на это – 205 миллиардов долларов – вроде есть, а скорее всего, и нет. Вот запели их соловьи, что ядерное орудие – это полная хрень. Но посмотрите, какие разрушения причиняет обычная трёхтонная авиабомба по укрепрайону в том же Орехове. А даже минимальная ядерная боеголовка мощнее её во много раз, она сотрёт любой укреплённый пункт в пыль. Так что у нас едва ли найдутся последователи псевдомиролюбивых англичан.
На этом фоне абсолютным контрастом выглядит поведение обандеренного Киева. Пока их экономика разрушается, а фронт трещит по швам, беглый украинский министр цифровой трансформации Фёдоров выступил с заявлением. На своём персональном сайте он объявил о создании «армии роботов». Даже ролик опубликовал. Я его посмотрел. Из украинских окопов на нас наступают человекоподобные роботы, механические бандеровцы и какая-то железная нечисть на четырёх и шести ногах.
Особенно хорошо прорисованы мины. Сидит такая под землёй, потом внезапно выскакивает, отращивает ноги и бежит убивать русских. Кто помнит старый StarCraft, тот сразу узнает родную зверушку. Только раньше для такой войны надо было хотя бы купить компьютер и диск с игрой. Теперь достаточно подписки на нейросеть. Несколько слов натюкал пальчиком в рамку – и через минуту российская армия повержена.
Производство такой украинской армии обходится совсем недорого. Известные всем нейронки генерируют видео по цене в несколько рублей за секунду. То есть великая битва XXI века наконец стала доступна каждому бандеровцу. За цену кружки пива он может захватить Крым, разбомбить большой завод или отправить механических бандеровцев на Москву. Главное – правильно написать промпт.
Настоящая война тем временем выглядит гораздо скучнее. Там нет человекоподобных бандеровцев и железных медведей. Там солдаты месяцами проходят несколько километров, беспилотники охотятся за машинами, сапёры расчищают дороги, а артиллерия разбирает очередной укреплённый район. Российская армия продолжает давление на нескольких направлениях. В нашем разговоре мы уже называли Славянск, Запорожье, Павлоград и север Харьковской области. Именно туда, а не в нейросетевой ролик беглого Фёдорова надо смотреть, чтобы понимать, куда движется настоящая война.
