Недавно на военно-политической карте мира появилось одно интересное объединение стран. Его почти сразу стали называть Мекканским пактом, Мекканским оборонительным альянсом, и это стало практически официальным самоназванием. Есть в ходу и иные названия – «исламский треугольник» или «ось». Хотя слово «ось» применительно к альянсам вызывает нехорошие ассоциации с «осью Берлин – Рим – Токио» во Второй мировой войне. Что это за альянс и на что может повлиять его появление?
Взаимная безопасность без противников?
Документ был подписан президентом Турции, королём Саудовской Аравии и президентом Пакистана 7 августа в Мекке. Отсюда и Мекканский альянс – подписанты, особенно саудовцы, подчёркивают, что данный пакт заключён в столице и родине ислама. По словам главы турецкого МИД Хакана Фидана, Анкара исходит из того, что государства региона должны постепенно брать обеспечение собственной безопасности на себя. По его словам, странам необходимо создавать собственные институциональные механизмы безопасности, которые одновременно позволят обеспечить экономическую стабильность и развитие.
История такова. Сначала, 17 сентября прошлого года, было подписано оборонительное соглашение между саудовцами и пакистанцами, а теперь к нему присоединилась Турция, а само соглашение было расширено. Причём связи между Исламабадом и Эр-Риядом на военную тему насчитывают более десяти лет. Само подписание Мекканского пакта готовилось, по словам Фидана, больше двух с половиной лет. То есть всё было задумано заранее. А не как считают некоторые эксперты, что, мол, на фоне устроенного Израилем и США «концерта» с Ираном и его явно неуспешного для них финала появился пакт.
Конечно, неадекватное поведение Трампа и тот факт, что США ничего из запланированного не смогли сделать Ирану и потерпели от него крайне весомый ущерб – особенно военной репутации, – ускорили подписание. Но всё было придумано не на скорую руку и написано не на коленке.
Суть вопроса
Суть соглашения полностью не раскрывается. Однако известно, что оно включает в себя расширенное сотрудничество в оборонной промышленности. Например, взаимную закупку вооружений и обмен технологиями, компонентами и лицензиями на производство. Есть там и статьи о взаимном обучении военных, учениях, в том числе учениях флотов. Но тот же Фидан одним из первых подчеркнул, что принцип обеспечения безопасности там схожий, как и в НАТО.
То есть имеются свои аналоги 4-й и 5‑й статей устава НАТО. В 4-й статье устава НАТО говорится, что стороны должны проводить консультации друг с другом, если, по мнению какой-либо из них, территориальная целостность, политическая независимость или безопасность какой-либо стороны оказалась под угрозой. А в 5‑й, наиболее известной статье, в том числе благодаря разным прибалтам и полякам, требовавшим её активации, говорится следующее. Нападение на одну или несколько стран Альянса (в Европе и Северной Америке) будет рассматриваться как нападение на них в целом, и каждая из них окажет помощь.
Но тут есть нюансы, о которых забывают. Формулировка звучит «путём немедленного осуществления такого индивидуального или совместного действия, которое сочтёт необходимым, включая применение вооружённой силы». То есть сначала должно быть принято коллективное решение, что помощь оказать нужно. А потом каждая страна НАТО поможет жертве нападения чем сможет и захочет. Могут послать много войск, а могут – взвод. Могут оружие и боеприпасы направить, а могут – письмо по диппочте с выражением сочувствия. Если Мекканский пакт имеет статью, дословно скопированную с 5-й, то такие коллизии возможны и тут. Если есть слова об обязательной военной помощи – другой разговор.
Против кого дружим на этот раз?
Против кого дружит новый альянс – это с самого начала вызывало споры среди аналитиков. И тут точки зрения часто кардинально расходились. Многие решили, в том числе и у нас, что альянс антииранский. Во-первых, все три страны так или иначе граничат и соседствуют с Ираном. Хотя Пакистан и Турция в антииранской истерии замечены не были и вообще стараются со столь серьёзным соседом жить мирно, а Пакистан даже выступает посредником в конфликте с США и Израилем, но беспокойство по поводу усиления Ирана у них имеется.
А уж про саудовцев и говорить нечего. Эта страна, находившаяся десятилетиями в кильватере американского флагмана, в итоге оказалась втянута в обмен ударами и противостояние с Ираном и терпит немалый ущерб. А флагман оказался откровенно слабоват. Вот и возникают идеи обеспечивать свою безопасность от Ирана без опоры на США, хотя и не порывая с Вашингтоном. Саудовцы, как до того Пакистан, активизировались и на китайском направлении, и с Россией тоже периодически пытаются дружить. Правда, опасаются санкций против своих огромных капиталов на Западе. А теперь склоняются к опоре на преимущественно региональных сильных игроков.
Появление пакта частично объясняется провалом предыдущих попыток создать что-то типа арабского или исламского НАТО. В 2015 году в Шарм-эль-Шейхе арабские страны пытались создать «арабское НАТО». Но борьба за лидерство, нежелание признавать ведущую роль Египта как военной силы альянса, конфликты в Йемене, Сирии и Ливии, а также блокада Катара в 2017 году похоронили идею. Трамп в свою первую каденцию предпринял иную попытку. Это так называемые «Соглашения Авраама» – нормализация отношений арабских стран с Израилем и сколачивание противоестественного, но вполне возможного суннитско-иудейского блока. К ним присоединились Марокко, Судан, Бахрейн и ОАЭ, но формировать военный альянс с Израилем никто не торопился. Саудовская Аравия не хотела признавать Израиль из-за Палестины.
В марте 2023 года при посредничестве Пекина Эр-Рияд и Тегеран восстановили дипломатические отношения. А случившаяся ирано-американо-израильская война и вовсе отбила желание в регионе превращать «Авраамические соглашения» в реальный военно-политический блок. Не признавшие Израиль страны передумали присоединяться к «Соглашениям Авраама», а часть уже признавших стали сворачивать отношения с Тель-Авивом.
Неожиданные повороты
Аргументация в пользу того, что Мекканский пакт – противоиранский, была наиболее распространённой. Даже сам Иран сначала увидел угрозу себе. Но буквально через день после подписания пакта в Мекке министр обороны Пакистана Хаваджа Асиф заявил: «Исламский мир должен объединиться перед общей угрозой, которую представляет Израиль». Асиф уточнил – его позиция не изменится, даже если Биби Нетаньяху перестанет быть премьером. Также общеизвестно, насколько ухудшились отношения Турции с Израилем. Стороны обмениваются весьма воинственными заявлениями и, как говорят, не только заявлениями.
И тут поступила информация, которая всё меняет. О том, что Иран получил официальное приглашение в этот пакт. Кстати, инициаторы соглашения заявляли, что расширение возможно: предполагалось затягивание в орбиту Египта, ОАЭ и ещё ряда стран. Но продолжение вышло неожиданным – «антииранский» пакт сразу стал антиизраильским и антиамериканским. Особую пикантность придаёт то, что Турция формально член НАТО, Пакистан и Саудия также в партнёрстве с США.
Не всё настолько круто
Но невозможно советовать так уж расточать эпитеты о появлении «нового могучего игрока». Встречалось даже такое: «альянс саудовских денег, турецкой военной промышленности и пакистанского военного опыта и ядерного оружия». Турецкая военная промышленность зависит от поставок западных комплектующих в очень большой мере, да и все эти турецкие «достижения» в значительной мере сильно так себе. Вспомним хоть танк «Алтай», который лишь недавно довели после пятнадцати лет до малосерийной сборки. Он представляет собой сильно изуродованный и перетяжелённый южнокорейский К-2.
У Пакистана тоже есть мощная военная промышленность, ориентированная на сотрудничество с Китаем, который куда менее склонен к санкциям, нежели США и Запад. И с Россией пакистанцы тоже активно сотрудничают в области ОПК. Деньги саудовские – есть, но их количество сильно преувеличено. А военный опыт Пакистана заключается в двух проигранных масштабных войнах с Индией и куче мелких конфликтов. Опыта современной войны у него нет вообще. Опыт и мощь турецкой армии также сильно преувеличены.
Ядерное оружие Пакистана – аргумент. Но будет ли Исламабад применять его для защиты турок и саудовцев? Очень большой вопрос. Да и случись Мекканскому пакту всерьёз перейти дорогу Вашингтону, то ядерное оружие Исламабаду не поможет. Несмотря на явное ядерное ослабление США, они остаются второй по ядерной мощи сверхдержавой, обладающей возможностями в ядерной сфере, недоступными в значительной мере даже Китаю, не говоря уж о Пакистане. Так что ядерный статус нового альянса – больше для самоуспокоения.
Хотя сам факт военного альянса трёх суннитских и одного шиитского сильных государств, причём населённых людьми разных национальностей, весьма интересен. И если соглашение будет не бумажным, то оно изменит политику в регионе.
