Сломанная рука, детское питание с уксусной кислотой, удары металлическим ковшом по голове, кипяток и сдирание кожи с живого тела. Это не протокол средневековой инквизиции. Это список того, что 28-летняя Раиса Ташлыкова методично сделала со своей годовалой дочерью летом 2025 года в Забайкалье. Девочка умерла в реанимации менее чем через сутки — врачи зафиксировали шок смешанного генеза: травматический, токсический и ожоговый. Вся короткая жизнь ребёнка превратилась в непрекращающуюся пытку рядом с существом, давшим ей жизнь, но лишённым элементарных материнских чувств.
7 сентября 2026 года Забайкальский краевой суд начал рассмотрение уголовного дела. Подсудимой грозит до 20 лет тюрьмы по статье об убийстве малолетнего с особой жестокостью. В суде женщина уже заявила дежурное: вину признаёт лишь частично, а «убивать не хотела». Ранее её адвокат ходатайствовал о домашнем аресте, словно речь идёт о мелком нарушении, а не о жестокой расправе над беспомощным младенцем.
Но корень этой трагедии лежит гораздо глубже нашей судебной системы. Он кроется в слепой догме, которой десятилетиями привыкло придерживаться наше общество.
Принято безоговорочно считать, будто материнский инстинкт свят, безусловен и дарован каждой женщине по праву рождения. Если же мать калечит или убивает своего ребёнка, это часто спешат списать на «временное помутнение», «послеродовой психоз» или трагический сбой в программе, выискивая оправдания там, где их не может быть в принципе.
Случай Ташлыковой ещё раз доказывает: здесь не было аффекта или внезапного сбоя. Следствие прямо установило мотив — стойкая, осознанная неприязнь и ненависть к собственной дочери. Это спланированное хладнокровное убийство маленького беззащитного существа.
Не нужно забывать, что в животном мире есть особи, которые безжалостно убивают своё потомство. Среди людей точно так же есть женщины, у которых материнский инстинкт отсутствует напрочь. Факт беременности и родов не наделяет по умолчанию эмпатией, милосердием и безграничной любовью к собственному ребёнку. Если такая женщина не убивает ребёнка физически, она всю жизнь методично ломает ему психику, оставаясь для него самым жестоким и опасным врагом.
Самое страшное, что система уже спасала эту девочку, но сама же вернула её в руки убийцы. Ещё осенью 2024 года младенец попал в больницу с тяжёлым истощением — мать попросту морила её голодом. Опека зафиксировала социально опасное положение. Но стоило женщине пару раз навестить дочь в больнице и разыграть заботу, как чиновники растаяли и отдали ребёнка назад. Проверки раз в месяц проводили формально: дома прибрано, в холодильнике еда, соседи говорят — тихая. На учёт семью даже не поставили.
Чиновникам было проще спрятаться за шаблон о «раскаявшейся матери», чем признать страшную правду: перед ними человек, органически неспособный любить своего ребёнка. За это нежелание органов опеки и попечительства разбираться досконально в происходящем девочка заплатила своей жизнью.
Если бы органы опеки вовремя обратили внимание на происходящее в семье и сразу изъяли девочку, этой страшной трагедии можно было бы избежать.
Биологическое родство не должно быть оправданием жестокости. Женщина, которая пытала свою маленькую беззащитную дочь, заслуживает максимально сурового приговора без каких-либо скидок на пол, статус и мифическую святость материнства.
Погибшую девочку уже не вернуть, но этот чудовищный случай должен наконец послужить хорошим уроком на будущее: пока органы опеки не начнут более ответственно относиться к своей работе, за чужую лень и безответственность своими жизнями так и будут продолжать расплачиваться маленькие ни в чём не повинные дети.
