1990-е взорвали рынок недвижимости: благодаря приватизации квартиры внезапно стали легальным товаром. До этого люди, мечтавшие о расширении, крутились как могли – имитировали родственные обмены в коммуналках или заключали фиктивные договоры мены с тайными доплатами. Став собственниками, граждане перестали прятать сделки, но тут же столкнулись с серьёзной угрозой – так называемыми «чёрными риелторами».
В те лихие годы лишиться крыши над головой можно было по-разному: долги, махинации, а порой и просто случайность. Но настоящим кошмаром стали именно они. Из-за деятельности этих преступников в нашей стране появилось не одно кладбище одиноких и несчастных людей, повстречавших алчных и безжалостных упырей на своём жизненном пути.
По всему СНГ работали целые преступные синдикаты. Это были не просто бандиты, а организованные структуры, где под прикрытием коррумпированных сотрудников милиции действовали юристы и нотариусы. Были в рядах этих группировок и те, кто отвечал за «силовые решения». Ведь они не просто отнимали жильё – они убивали. Жертв вычисляли через паспортные столы, втирались в доверие, подкупали алкоголем. Схема была отработана до жуткого автоматизма: после подписания договора в напиток подмешивали яд. «Скорая» привозила тело в морг, где подкупленный эксперт ставил стандартную печать «смерть от сердечной недостаточности». Тело увозили в крематорий, уничтожая любые улики, а деньги делили между участниками.
«Самый частый развод в 90-е – это генеральная доверенность. Людям обещали, что они обменяют квартиру на что-то скромнее: общежитие или домик в глуши вроде Липок или Болохова, но с доплатой. На эту удочку попадали сотни: одинокие старики, разорившиеся инженеры, люди, потерявшие смысл жизни от безнадёги. Они подписывали бумаги не глядя, а потом не понимали, куда делись деньги и почему вместо дома они оказались в ветхой хижине на задворках. Выжили лишь те, кому повезло. А сколько людей просто увозили в лес после получения доверенности?» – вспоминает отставной полковник милиции Игорь Иванович С.
Яркий пример тому – ярославская банда чёрных риелторов во главе с Александром Боровковым. Ради квартир бандиты лишили жизни 15 человек, часть из которых закатали в бетон, а часть – захоронили на импровизированном кладбище, стихийно появившемся на участке деревенского дома. И таких «Боровковых» в лихие 90-е было немало...
Группировки чёрных маклеров росли на глазах. И, вопреки ожиданиям, их так и не искоренили – уголовные дела по этой линии открывают и сегодня. Махинации никуда не делись, просто сменили обёртку. Теперь на преступления идут не только профи, но и близкие люди, поддавшись соблазну. «Срочный выкуп!», «Вторичка без комиссий!», «Обменяю двушку в Чертаново на дом в Синегорье!» – такие предложения мелькают в каждом десятом объявлении в Сети. Это приманка. Мошенники мастерски выслеживают пожилых и немощных, заставляя их продавать доли за бесценок. А оставшимся собственникам остаётся только бежать в съёмное жильё, ведь риск потерять не только стены, но и жизнь всё ещё слишком велик.
«Преступники не боятся закона. Сегодня они мимикрируют под легальные сделки, но давление и принуждение никуда не делись. Доказать вину невероятно сложно: нужны экспертизы, допросы, проверка связей. Часто за время следствия просто истекает срок давности», – поясняет действующий майор полиции Вячеслав П.
Чёрные риелторы постоянно придумывают новые схемы, и методы их деятельности становятся всё изощрённее. Иногда дело доходит до принудительной госпитализации жертвы в психиатрическую лечебницу. Мошенники могут сговориться с медиками, чтобы признать одинокого владельца квартиры невменяемым. Человека отправляют в психбольницу или интернат, а роль опекуна тут же передают «своему» человеку – часто это просто фиктивный родственник. Это подставное лицо назначают опекуном, который потом и завладевает недвижимостью.
Есть и более жёсткий вариант – психологический террор. Если у квартиры несколько хозяев, преступники выкупают долю у одного из них и заселяют в жильё маргиналов. Жить в такой обстановке становится невыносимо, и остальные собственники, лишь бы избавиться от соседей, продают свои доли за копейки.
В эпоху цифровизации на первый план вышли киберпреступления. Взломав «Госуслуги», аферисты сами выпускают электронную подпись, переписывают жильё на подставное лицо и тут же его продают. Чтобы не остаться на улице, лучше заранее поставить запрет на любые сделки без вашего личного участия. Наконец, классика жанра – махинации с бумагами. Здесь в игру часто вступают недобросовестные нотариусы. Жертву заманивают подлостью: человек думает, что подписывает доверенность или завещание, а на деле ставит подпись на документах, которые полностью лишают его права собственности.
Методы работают как старые, как в конце 90-х, так и «более современные»: мошенники охотятся за выморочным имуществом. Это квартиры, чьи владельцы умерли, не оставив наследников, или те, от чьих прав официально отказались. В эти схемы активно втягивают и чиновников. Одни пытаются сдавать такое жильё в аренду, скрывая смерть собственников, другие – приватизируют его на себя, подделывая документы. Но это не единственная тактика. В погоне за недвижимостью участвуют и лидеры сект, и сомнительные пенсионные фонды. Часто они просто играют на доверии самых уязвимых – стариков и сирот.
«Преступники нередко втираются в доверие к пожилым людям, склоняя их к подписанию договоров пожизненного содержания жилья. По документам пенсионерам гарантируются бытовой уход и финансовая поддержка, однако после их смерти недвижимость переходит в распоряжение преступников. Чтобы поскорее завладеть квартирой, злоумышленники прибегают к самым жестоким методам вплоть до убийств, намеренно приближая смерть «подопечного».
Самый опасный инструмент сегодня – это махинации с долями в праве собственности. Сюжеты о многодетных семьях, оставшихся без крыши над головой, или о пожилых людях, которых психологически «дожимают» новые соседи, стали пугающей нормой. Обычно всё происходит так: группа родственников приватизирует жильё или покупает его целиком, а потом делит на части и фиксирует свои доли в Росреестре.
Проблемы начинаются, когда между сособственниками вспыхивает конфликт. Допустим, один из владельцев там не живёт и просто игнорирует интересы остальных. В такой ситуации он хочет быстро превратить свою долю в деньги и выставить её на продажу. Тут же появляются покупатели, готовые забрать и часть площади, и всё помещение целиком. Дальше ситуация накаляется: либо на жильцов начинают давить, чтобы выкупить их права за бесценок, либо им навязывают покупку чужой доли по цене, которая намного выше рыночной», – делится полицейский.
По словам сотрудников полиции, привычные чёрные риелторы ушли в прошлое – их место заняли чёрные маклеры. И если раньше за ними часто стояли коррумпированные силовики, то сегодня аферисты всё чаще находят поддержку у нечистых на руку чиновников.
Как действуют рейдеры? Майор Вячеслав П. объясняет алгоритм просто: сначала через Росреестр узнают всё о собственниках, затем выкупают доли и оформляют нотариальные акты, чтобы легально занять помещение. А на финише просто запугивают оставшихся жильцов, навязывая им кабальные условия. Масштабы поражают, и это не уровень 1990-х, а реальность сегодняшнего дня. Вспомнить хотя бы группировку Али Гаджиева в Москве: они лишили жилья сотню человек, применяя жестокость – от побоев до принудительной госпитализации жертв в психиатрические больницы.
Недавно в Москве мошенники, прикинувшись полицейскими, развели двенадцать пенсионеров: те подписали бумаги якобы «для помощи следствию», а на деле оформили договоры купли-продажи. В Подмосковье тоже не было спокойно: в Истринском районе целых 13 лет процветала банда Хамидуллина, в которую входили даже сотрудники органов. Даже после их задержания пришлось объединить более 50 уголовных дел. У банды были чёткая иерархия и огромная прибыль, которую они тратили на элитные столичные локации, рестораны и клубы. А пока они праздновали успех, похищенные старики сидели в заложниках в резиденции лидера, в то время как махинации с завещаниями шли своим чередом. Таких сделок на счету группировки Хамидуллина десятки.
Как защититься от этой бандитской «отрыжки 90-х»?
«Главная проблема в том, что люди сами подписывают бумаги, становясь жертвами махинаций. Именно поэтому наказать чёрных маклеров довольно сложно. Будьте предельно внимательны: перечитывайте каждый документ ещё до того, как поставите подпись. И будьте осторожны с личными данными – не рассказывайте незнакомцам по телефону или при встрече о своих сбережениях, семье, адресе или недвижимости. Любые сделки с жильём лучше проводить под присмотром юриста. И никогда, ни при каких условиях не отдавайте доверенности на распоряжение имуществом посторонним людям. Периодически проверяйте статус своей собственности через МФЦ или Росреестр. Кстати, сейчас работает механизм самозапрета: вы можете официально запретить любые операции с вашей недвижимостью без вашего личного участия. Это отличный способ заблокировать большинство схем чёрных риелторов», – объясняет майор полиции Вячеслав П.